Как возможно общество? VS Как возможна социология?

Вы просыпаетесь утром и обнаруживаете,

что мир, который долгие годы воспринимался

как фон вашей жизни, переменился…

П. С. Гуревич[1]

Во все времена человек пытался понять и объяснить то общество, в котором он живет. Философы, историки, социологи пытались дать адекватный ответ на вопрос: «Как возможно общество, в котором мы живем»?

Отвечая на данный вопрос, они рассматривали причины появления общества, описывали стадии его развития, пытались проанализировать его структуру и самое, наверное, актуальное, составляли прогнозы будущего общества, описывая его идеальные модели. В результате данных попыток было предложено и разработано множество теоретических моделей и концепций.

В нашей работе мы также попытаемся рассмотреть, каким образом социология отвечает на первый вопрос, стоящий в заглавии нашего эссе, какие она предлагает пути объяснения сложившейся социальной реальности. А также мы попытаемся ответить на вопрос о том, что, в свою очередь, происходит сегодня с самой социологией.

Невозможно не вспомнить общество Платона, основанное на справедливости, или же концепцию государства Аристотеля, который выделал три его «правильных» формы, связанных с осуществлением политических полномочий, полномочий «господства» и власти. Главный феномен, к объяснению которого стремилась социальная философия того времени— это государство. Несмотря на преобладавшее в ней объединение понятий государства и общества, до полного отождествления этих понятии наиболее известные философы (например, тот же Аристотель) не доходили[2].

Как нам представляется, один из путей исторического постижения общества как предмета философской рефлексии заключался в своеобразном расщеплении общества и политических структур и в раскрытии на этой базе причинно-следственных связей между ними, связей целого и части.

В этом отношении рубежной была, пожалуй, социально-философская концепция Томаса Гоббса (1588—1679). С его именем связан не отказ от признания определяющей роли государства — для такого прорыва в понимании общества условия тогда еще не созрели, — а изменение самого подхода к пониманию его возникновения, функционирования. Начав с констатации «естественного состояния» общества — «войны всех против всех», вытекающей из абсолютной свободы каждого индивида, Гоббс именно отсюда выводил необходимость государства, «Левиафана» — земного бога людей[3].

Со времен Т. Гоббса была открыта методологическая дорога для социологически более фундированного изучения многих сторон общественной жизни, гражданского общества, труда, социального неравенства и т.д. И, что самое важное, подобные реалии рассматривались уже не как простое производное от государственных структур, а в своей определенной самоценности. Тем самым подготавливалась почва для становления более объективного системно-целостного видения общества.

Далее нельзя не вспомнить известных французских просветителей, а именно Руссо, Дидро, Вольтера и Монтескье. При всем разнообразии их подходов, все они так или иначе говорили о важности научного подхода, о том, что знание, всегда рационально, и, следовательно, знание всегда благо, а сочетая идеи познания с революционными идеями, возможно направить общество по пути прогресса. Увы, результаты Великой Французской революции свидетельствуют как раз об обратном. Выяснилось, что чистое знание без морали несет тоталитаризм и разрушение. И в тоже время успехи естественных наук не позволяли отбросить идею приоритета знания.

Эти и другие факторы и обусловили возникновение социологии именно в таком виде, который нам известен благодаря трудам О. Конта, который заявил о создании науки об обществе, которая бы использовала методы естественных наук в изучении социальной реальности.

Продолжением развитием теоретической мысли молодой социологии стала органистическая социология Герберта Спенсера, который проводил аналогию общества с биологическим организмом, а также привлекая теорию социал-дарвинизма, переносящей на общество природный принцип естественного отбора. В данном случае мы видим, как все еще близко находятся взгляды отцов социологии к идеям естественных наукам. В тот же период ведет свою деятельность и Карл Маркс, который объясняющий развитие общества через смену общественно-экономических фармаций, которые основаны на конфликте между господствующим и подчиненным классом. По Марксу, общество предстает перед нами как специфически сложное, многослойное образование, основу которого составляют общественное производство, ряд специальных объективных структур. Законы общества определены как объективные, а само развитие общества — как естественно-исторический процесс[4].

Идеи основоположников социологии получили развитие, прежде всего, в творчестве Э.Дюркгейма, Ф.Тенниса, Г.Зиммеля, М.Вебера и В.Парето, каждый из которых предложил свое понимание предназначения и содержания социологической науки.

Э. Дюркгейм полагал, что социология должна изучать социальные факты, которые отличны от физических, экономических, психологических и т.п. фактов действительности, обладают особыми характеристиками.

По мнению Ф. Тенниса, социология изучает те явления общественной жизни, которые образуются межличностными отношениями людей и их волеизъявлением. Эти отношения не только субъективны по своей природе, но и объективны, предопределены условиями жизнедеятельности людей. В основу своей теоретической конструкции Ф. Теннис положил понятия «общность» и «общество», которыми он обозначил два условных полюса, между которыми располагаются все интересующие социологию явления.

Объектом социологии, по мнению Г. Зиммеля, выступает общество, которое он понимал как процесс социальных взаимодействий и итог этих взаимодействий. Предметная область социологии, по Зиммелю, ограничена изучением «социаций»– устойчивых форм социальной жизни, придающих обществу целостность и стабильность.

Вебер критиковал своих предшественников за излишнюю объективизацию социальных явлений, подчеркивая тот факт, что все они образованы действиями людей, имеющими свои интересы и цели. Он настаивал на необходимости учета, специального анализа и понимания социологами субъективно-личностной стороны общественной жизни. Согласно Веберу, общество и все составляющие его структуры и институты производны от социальных действий людей.

По мнению Вильфредо Паретто, главная цель социологии– изучение общества как целостной системы, анализ структур и элементов этой системы в аспекте установления их взаимосвязей, служащих поддержанию «эквилибриума» (равновесия) всей системы. Согласно его теории, общество становится системной целостностью благодаря действенности пяти факторов: 1)бессознательных импульсов поведения людей, имеющих врожденный характер (инстинктов); 2)»дериватов», т.е. идеологий, «псевдологических теорий и аргументов», придумываемых людьми для того, чтобы «скрыть истинные побуждающие мотивы действий, корень которых в иррациональных пластах человеческой психики»; 3)экономических факторов; 4)неравенства человеческих существ и социальных групп; 5)социальной мобильности и циркуляции элит[5].

А в этот момент в Соединенных Штатах Америки, которые развивались в ключе второй промышленной революции, происходило бурное развитие эмпирических исследований. В результате которых возникает, в частности, Чикагская социологическая школа, яркими представителями которой являются Э. Берджесс, Д. Мид, Р. Макензи и Р. Парк. Развитие эмпирии обусловило появление оригинальных концепций в основе которых лежали искания в области коммуникаций и символов общения (символический интеракционизм ). Интеракционисты обратили внимание на символическую основу социального порядка, увидели, что этот порядок в немалой степени слагается из устойчивых и взаимосогласующихся образов, складывающихся в сознании людей. Разрушение и структурирование таких образов и составляет символическую основу социального мира, учитывать которую необходимо и в политическом анализе. Ведь такие символы способны, например, играть политически стабилизирующую или, напротив, деструктивную роль.

Когда начался первый методологический кризис, способом выхода из него стало обращение к эмпирии и активному использованию разработок американской социологической мысли.

В этом ключе и происходило дальнейшее развитие социологии.

Однако на рубеже 50-60 годов ХХ столетия разразился второй методологический кризис, причины которого однозначно невозможно определить, однако можно с уверенностью сказать, что на него повлияло, во-первых, заявление Т. Адорно, в том, что социология обслуживает буржуазную политическую элиту, и во вторых так называемые лево-радикальные социологи во всю раскритиковали структурно-функциональный подход, который доминировал в то время, но по своей сути мог объяснять лишь общество в статичном состоянии.

Данный кризис(вызов) породил возникновение постиндустриального и постмодернистского подходов, более того можно сказать, что из этих подходов развился информационный подход (иногда его называют постистинформационным). (постиндустриал)

Наиболее ярким представителем концепции постиндустриального общества является Даниэл Белл. По мнению Д. Белла, современное общество характеризуется увеличением роста производства стандартизированной продукции, говорящие о переходе к так называемой товаропроизводящей, обслуживающей экономике. Вырастает третичный сектор – сфера обслуживания, соответственно и количество занятого населения в этой сфере, и как результат возрастает значение уровня образования и науки, университетов и исследовательских институтов, как следствие – из числа образованных и квалифицированных лиц формируется новая элита.

Очевидно, что в данный момент значение знания и образования изменяется, но сложно пока еще определить к чему приведут эти изменения, для одних социальных групп растет потребность в знании (научные работники, менеджеры, руководители и пр.), а для «среднего» человека становиться не значимым, так как на первое место выходит стремление удовлетворения бытовых потребностей.

Существенный вклад в развитие идей постиндустриализма внесла концепция Элвина Тоффлера, изложенная в его книге «Третья волна». Тоффлер предлагает свою схему феноменологии исторического процесса. Он выделяет в истории цивилизации три волны: первая волна — аграрная (до XVIII века), вторая — индустриальная (до 50-х годов XX века) и третья — пост- или супериндустриальная (начиная с 50-х годов). Тоффлер описывает процессс отмирания индустриальной цивилизациии в терминах «техносферы», «социосферы», «информационной» и «властной сферы», показывает какие революционные изменения в сегодняшнем мире претерпевает каждая из этих сфер. Особое внимание уделяется показу взаимоотношений между этими сферами, а также между «биосферой» и «психосферой».

Тоффлер, рассматривая тенденции развития общественных систем, использует фактический материал о новых технологиях, которые спустя двадцать лет легли в основу уже не только концепций, но и реальных рабочих планов и программ построения информационного общества, как общества основанного на знаниях. В частности, рассредоточение компьютеров по домам, отмечает Тоффлер, стало важным шагом в создании пространства интеллектуальной среды. Как и Д. Белл он отмечает значимость знания и информации в современном обществе, говоря об исключительной важности подготовки профессиональных кадров.

Новейшие концепции в русле постидустриализма связаны, прежде всего, с исследованиями Мануэля Кастельса. М. Кастельс осуществляет развернутый анализ современных тенденций, приводящих к формированию основ общества, которое он называет «сетевым». Исходя из постулата, что информация по своей природе является таким ресурсом, который легче других проникает через всяческие преграды и границы, он рассматривает информационную эру как эпоху глобализации. При этом сетевые структуры являются одновременно и средством и результатом глобализации общества. «Именно сети, пишет Кастельс, составляют новую социальную морфологию наших обществ, а распространение «сетевой» логики в значительной мере сказывается на ходе и результате процессов, связанных с производством, повседневной жизнью, культурой и властью»[6]. Таким образом, власть структуры оказывается сильнее структуры власти, а принадлежность к той или иной сети, наряду с динамикой развития одних сетей по отношению к другим, выступает, по Кастельсу, в качестве важнейшего источника власти.

Процессы преобразований существенно меняют и политические процессы. Лидерство становится все более персонифицированным, а путь к власти лежит через создание имиджа — политические деятели оказываются вовлеченными в игру, ведущуюся через средства массовой информации и самими СМИ. «Зависимость от языка средств массовой информации, имеющих под собой электронную основу, подчеркивает Кастельс, приводит к далеко идущим последствиям для характеристик, организации и целей политических процессов, политических деятелей и политических институтов. В конечном счете, власть, которой располагают сети средств массовой информации, занимает второе место после власти потоков, воплощенной в структуре и языке этих сетей»[7].

Основным противоречием (и соответственно движущей силой развития) формирующегося нового общества, основанного на сетевых структурах, является противоречие между глобализацией мира и самобытностью (идентичностью) конкретного сообщества.

На наш взгляд, также необходимо отметить двоякую роль сетевых структур: с одной стороны создавать, независимых сообщества, культуру, но в то же время они могут создавать некачественные символические и информационные образцы.

Вскоре начинает проявляться «третий» методологический кризис в социологии, основной причиной которого считают возникновения множества теорий, концепций, подходов, которые, по сути, не смогли дать, описать и объяснить целостную картину общества. Однако, некоторые исследователи, высказывают следующие мнения, говоря о кризисе социальных наук в целом:

«Нет никакой проблемы в мультипарадигмальности или отсутствии единой парадигмы. ‛Разруха в головах“ исследователей, экспертов, ‛новаторов“, ‛герцогов“. Прагматики вполне успешно могут руководствоваться существующим порядком теоретических моделей.»[8]

«Отсутствие великих новаций не означает конца социальных наук. Эпоха переводов сменилась эпохой учебных пособий и технических руководств. ‛Герцогов республики“ сменили ‛гуру менеджмента“.»[9]

На наш взгляд перспективным направлением развития социологии является использование не полностью раскрытых смысловых пластов символического интеракционизма, объясняющего резко возросший поток информации, преподносимой СМИ, путем формирования символических представлений, создающих весьма своеобразную картину мира, выгодную, прежде всего политическим, экономическим и иным элитам. Они вступают в конфликт со слоем ученых и интеллигентов. Более того, они участвуют в формировании потребительских предпочтений, навязывая стандартизированные потребительские вкусы и привычки, формируемых при помощи рекламных сообщений. Более того, все большее развитие получают виртуальные информационно-развлекательные технологии, как правило малосодержательные направленные на стандартного, массового человека.

Это ставит перед социологией совершенно новые задачи, вызовы: снисходить ли ей до среднего уровня стандартного человека или оставаться ей на высоком уровне теорий и абстракций, или же, пойдя по среднему пути, использовать арсенал высоких научных достижений, погружаясь в мир обычного человека.

Список источников:

1. Арон Р. Этапы развития социологической мысли. М., 1992.

2. Тоффлер Э. Шок будущего: Пер. с англ. / Э. Тоффлер. — М.: ООО «Издательство ACT», 2002.-с.5

3. Соколов В.В. Европейская философия XV-XVII веков. М.. 1984. С. 296

4. Барулин В.С. Социальная философия: Учебник., М.2001.

5. Учебное пособие «Основы современной социологии», под ред. С.И. Григорьева, Ю.Е. Растова, Алтай 2001

6. Кастельс М. Становление общества сетевых структур //Новая постиндустриальная волна на Западе: Антология /Под ред. В.Л.Иноземцева. М.: Academia, 1990. С.494.

7. Капитонов Э.А. Социология ХХ века. Ростов н/Д., 1996. – Гл. 1 – 4.

8. ДИНА ХАПАЕВА. ГЕРЦОГИ РЕСПУБЛИКИ В ЭПОХУ ПЕРЕВОДОВ. Гуманитарные науки и революция понятий. М.: Новое литературное обозрение, 2005. 264 с.

———————————————————————————

[1] Тоффлер Э. Шок будущего: Пер. с англ. / Э. Тоффлер. — М.: ООО «Издательство ACT», 2002.-с.5

[2] Соколов В.В. Европейская философия XV-XVII веков. М.. 1984. С. 296

[3] http://www.gumer.info/bogoslov_Buks/Philos/Bar/01.php

[4] Барулин В.С. Социальная философия: Учебник., М.2001.

Доступно на http://www.gumer.info/bogoslov_Buks/Philos/Bar/01.php

[5] Учебниое пособие «Основы современной социологии», под ред. С.И. Григорьева, Ю.Е. Растова, Алтай 2001 , доступно на: http://www.internet-school.ru/Enc.aspx?folder=449&item=10709

[6] Кастельс М. Становление общества сетевых структур //Новая постиндустриальная волна на Западе: Антология /Под ред. В.Л.Иноземцева. М.: Academia, 1990. С.494.

[7] Там же. С.503-504.

[8] ДИНА ХАПАЕВА. ГЕРЦОГИ РЕСПУБЛИКИ В ЭПОХУ ПЕРЕВОДОВ. Гуманитарные науки и революция понятий. М.: Новое литературное обозрение, 2005. 264 с. Тираж 2000 экз. (Серия ‛Научная библиотека“, вып. LIV). доступно по адресу: http://magazines.russ.ru/km/2006/2/iv29.html

[9] Там же

Автор: Миколаенко Алексей
amik soba4ka datasvit.net
При использовании метериалов ссылка на http://christsocio.info ОБЯЗАТЕЛЬНА!